Я никак не могу отделаться от ощущения, что, несмотря на все произошедшее, Земля до сих пор остается моим домом. © Джек Харпер

Картина летела из рук в руки, то одна компания билась за нее, то другой она казалась не прибыльной, то снова битва за нее, а по ту сторону происходящего Косински, который мечтал заполучить цель, или мечту всей своей жизни. В итоге судьба предоставила ему эту возможность. Но как студия решилась отдать столь спорный и с немалым бюджетом проект Джозефу? Неужели режиссер смог настолько заинтересовать студию своим видением снимая свой дебютный «Трон»?

Учитывая тот момент, что «Disney» потратился на «Наследие» больше чем «Universal», они все-таки посчитали фильм провальным, набрав чуть больше 400 миллионов. Тут все зависело от Косински. Эта персона притягивает очень узкий круг любителей данного жанра, который, я надеюсь, в скором времени будет все больше расширяться. Ибо это всего лишь начало его работ, и зрители должны привыкнуть, понять, одним словом адаптироваться к его работам. Фантастика, которую снимает Джозеф, не рассчитана на сплошные эффекты. Он снял всего лишь два фильма, но, сколько морального и душевного смысла он вложил в эти проекты. Я слышал много отзывов по поводу сиквела «Трона» и я видел, что многие так и не поняли то, что показал нам Косински. Все только и говорили «мало гонок, мало битв, годный настоящий экшен». Друзья, но мы же все это видели, каждая чуть ли не четвертая фантастическая картина представляет нам это. Неужели вы не хотите увидеть что-то новое, задуматься над этим. Бездарных и плохих режиссеров нет, их просто не существует. У каждого из них свое видение, которое не все понимаю, но и бывают такие моменты, когда они подходят к своим работам немного не с того ракурса. Я поставил Джозефа на один уровень с Ноланом. Да, я делаю этот «хорошо обдуманный мною шаг». Если Нолан всех восхищает своим видением, каким ни один другой не обладает, то Косински такой же визионер. И не стоит забывать про то, кем он был до того как пришел в Голливуд. Потому и я так уверенно говорю: «что не делает Косински, все это не просто так».

«Обливион» - это очередной прорыв.

Нет, слишком банально выразился. «Обливион» - это слияние красочной фантастики с очень умело продуманным сюжетом. Там есть очень четко выраженная душевная травма и разочарование главного героя. Его любовь к Земле и простодушие ставят его наравне с самыми обычными людьми. И когда следишь за всей этой историей до самого конца, хочется и вправду еще больше углубиться в суть фильма и самому понять те события, которые с трудом пытался понять Джек. Это тоже «Начало», в котором вы многое должны понять и обдумать сами. 

Том Круз остается для меня актером номер один. Я рос на его фильмах. Мастер перевоплощения. Я всегда любил этого артиста за его простоту, и за то, что ту самую «простоту» он всегда вносит в большинство своих фильмов. И в этот раз удачно сыграл. Порадовал и Морган Фриман в роли главаря повстанцев, чей персонаж сыграл немаловажную роль в дальнейшей жизни Джека. Положительного впечатление и от Ольги Куриленко и Андреа Райзборо. 

Один из самых главных факторов в работе Джозефа - это музыкальное сопровождение. Боже, что же тогда сделали Daft Punk. Эти ребята просто перевернули мир с ног на голову. Я был уверен, что «Обливион» и тут нашумит, ибо тема Sci-Fi идеальна для такой группы как M83. Узнав про их участие, мои эмоции были неописуемы. Ребята вносят собственный оттенок, в котором так же чувствуется Циммер, и «Панки». 

Подводя итоги, скажу так: Я видел тех, кто приходил с просмотра слегка разочарованным. Но, друзья, к этому ведь нас готовили, именно это нам хотели показать. Довольно бессмысленной фантастики. Косински создал шедевр, конкуренцию которому мало кто сможет выдвинуть. Фильм может и не набрать достойную кассу, он может быть и раскритикован. Но никто не сможет отобрать у него то, что заложено с самых первых минут. А что именно, вы сами увидите.

«Обливион» - всего лишь отрывок из жизни обычного техника, который ищет свое место на этой изжитой людьми, еле дышащей, но все-таки остающейся прекрасной Земле. Каким бы не было будущее, все равно многое остается зависимым от человека.

© Уджал Азиз-заде

Час тридцать минут экранного времени, поделенного на поляроидные кадры насыщенно охристых, синих и красных тонов. Кукольно-красивые персонажи, дивные песенки и много воздуха.

Андерсон все такой же взрослый ребенок, и я рада, что и эта картина стала еще одним чудесным паззлом в его фильмографии-мозаике.

Каждый снапшот хочется вертеть в руках и разглядывать. Как-то: подведенные глаза (один ниже другого) не по-детски сексуальной Сьюзи, или трогательный овал лица ее Ромео. Опять страшно печальный Мюррей или Уиллис с крепкой недвижной челюстью. Конечно, тонконогий Нортон, ему так шли бойскаутские шорты, он был похож на кузнечика. Или чудесная растрепанная миссис Коэн-МакДорматт.

Пожалуй, только еще один фильм о лагере меня так тронул — это «Добро пожаловать, или посторонним вход воспрещен». Абсолютно та же энергетика и легкость. И при этом правда в том, что детство это еще пора делать выбор. И время быть собой. Влюбляться и верить в брак. Позволять кому-то, кому доверяешь — прокалывать тебе уши или трогать грудь. Спать друг с другом, просто обнявшись и верить, что это и есть — "настоящее".

Восхитительно. Спасибо Андерсону.

И еще - очень захотелось снова стать маленькой девочкой, которая любит сказки про безымянные королевства и сирот-принцесс. Жуки-сережки бы не надела, но то жаккардовое горчичное платье с белым воротничком — да.

© Натаван Мустафаева

Понять степняка

Терпеть не могу шаблонов, особенно писательско-журналистских, особенно вот это – «взяться за перо меня заставило…». Всю жизнь старательно избегал этого шаблона, но сейчас именно так и выражусь: взяться за перо меня заставила статья Н. Фуст «Унылый фильм – очей разочарованье, или грустный повод для размышлений». (KASPI, № 06 (22), 16-22 февраля). Статья касалась полнометражного художественного фильма «Степняк» (режиссер Шамиль Алиев, по сценарию Видади Гасанова) и не оставила от картины камня на камне. И даже не сама статья заставила меня взяться за перо; я выждал месяц после премьеры фильма в кинотеатре «Низами» и не дождался в нашей прессе никакой другой рецензии на «Степняка», ни положительной, ни отрицательной, кроме статьи вышеупомянутой Н.Фуст. Это показалось мне не столько даже возмутительным, сколько несправедливым. И я решил высказаться, поскольку я смотрел фильм внимательно, вдумчиво, и мне есть, что сказать.

Признаюсь сразу: я знаком с Шамилем Алиевым. Не так, чтобы очень близко; мы несколько раз ездили в одной команде в Тбилиси, на тренинги, устраиваемые IFASC (Ассоциацией Независимых Кинодеятелей Южного Кавказа). Отношения между нами ровные, дружеские, хоть мы и видимся раз или два в году. Впрочем, ни знакомство мое с режиссером фильма, ни дружеские отношения между нами в данном случае не имеют ровно никакого значения. Я привык оценивать работы наших кинорежиссеров и писателей максимально объективно, без скидки на личное знакомство с авторами. И я никогда не боюсь говорить им правду в глаза. Не побоюсь и сейчас.

У меня создалось впечатление, что Н.Фуст незадолго до премьеры фильма «Степняк» в кинотеатре «Низами» попал в глаз осколочек Зеркала Троллей – того самого, что описал Ганс-Христиан Андерсен в «Снежной королеве»: «…и вот человек с осколком в глазу начинал видеть все навыворот или замечать в каждой вещи одни лишь дурные ее стороны…». Честно говоря, я, вертя статью Н.Фуст так и сяк, недоумевал: если верить автору, фильм плох от начала и до конца! Но разве так бывает? Может ли какой-нибудь фильм целиком быть ущербным, неудачным? Неужели это и в самом деле «фиаско азербайджанского кино», как, по свидетельству Н.Фуст, выразился один из зрителей?

Лично я так не считаю. Лично мне фильм понравился. И, повторяю, тот факт, что мы с Шамилем тряслись в одном купе поезда «Баку-Тбилиси» и били в полумраке одних и тех же тараканов, здесь не играет роли. Просто ни в левом, ни в правом глазу моем нет осколка от Зеркала Троллей. Во мне иное зеркало – то самое, о котором говорят мастера каратэ: незамутненное пристрастиями и эмоциями зеркало, гладкое и отполированное, позволяющее отразить ясную картину увиденного.

И что же я увидел?

Я увидел прекрасно исполненную притчу. Парень-Степняк, главный герой – ни в коей мере не недоумок или дебил. Он чем-то сродни киплинговскому Маугли, героям Вольтера – Кандиду или Простодушному, а еще больше он сродни ибн Туфейлю, который вырос в полном одиночестве на необитаемом острове среди зверей, птиц и насекомых. Ибо кусочек степи, в котором живет парень и опекающий его старик Улу (в этой роли снялся сценарист фильма Видади Гасанов) – это и есть необитаемый остров, в котором нет людей, зато полно верблюдов… Кстати, не надо язвить и говорить, как это делает Н.Фуст, что верблюды мелькают в кадре чаще, чем главные герои – в этом есть свой, особый смысл. Часто попадающие в кадр верблюды-бактрианы, равно как и нечасто попадающие в кадр черепахи, змеи, удоды олицетворяют Природу, из которой мы все когда-то вышли, и к которой Степняк в силу обстоятельств, ближе, чем кто бы то ни было. Это – чистый человек, неиспорченный внешним миром, о существовании которого он имеет весьма слабое представление… Мне могут сказать, что так не бывает. Отвечу: нам показывают п р и т ч у, а в притче бывает всякое. Для наилучшего выражения своей мысли автор любой притчи создает некую искусственную модель. «Старик и море» Хемингуэя - притча; «Моби Дик» Мелвилла – притча; «Сталкер» Тарковского – притча; да мало ли на свете притч? Вот вам и еще одна – фильм «Степняк». Каждое соприкосновение с внешним миром несет парню-Степняку (эту роль блистательно, на мой взгляд, исполнил актер Бахруз Вагифоглу) какую-нибудь неприятность и оставляет в его сознании заметную царапину. И остро осознаешь, насколько далеко люди отошли от первозданной Природы… Кто такой Улу, опекающий паренька, и куда девалась ее мать? – недоумевает Н.Фуст, относя эти неясности к промахам сценариста и режиссера. Это не промахи. И не неясность. Это – недосказанности, на которые любой режиссер или сценарист имеют полное право. Кто, что и куда – в данном случае предоставляется домыслить зрителю. Зритель ведь тоже обязан думать над фильмом, а не только поп-корном хрустеть или, в ином случае, зевать! И, уверяю вас, каждый зритель непременно домыслит недостающее, и обязательно что-нибудь свое!

Отдельная тема – Женщина (в исполнении прекрасной грузинской актрисы с библейским именем Саломея (полностью – Саломея Демурия)). Да, рано или поздно Женщина должна была появиться в жизни Степняка. Неизбежно! Степняку с самого младенчества недоставало материнского тепла, ему – уже взрослому – не хватает тепла женского. Не зря он то и дело вытачивает из дерева женскую фигурку. Фигурка в данном случае символизирует не столько маманю, у чьей груди можно так сладко заснуть, и не столько сексуальную партнершу. Фигурка символизирует обычное человеческое тепло, которого так не достает главному герою. Тепло и величайшее счастье человеческого общения. Я тут сравнивал парня и с Маугли, и с Простодушным, а ведь по сути это – Адам! И вот появляется… Ева? Ева после соблазнения ее змеем-искусителем – там, во внешнем мире? Нет, скорее предшествующая Еве Лилит. И случается то, что должно было случиться. Грехопадение Степняка. Событие, с одной стороны привнесенное извне, а с другой – таящееся в природе любого человека, будь он хоть семижды Степняк. Оба они в кадре обнажены, что, конечно же, глубоко символично; Женщина ласково обливает Степняка водой – она смывает с него прежнюю, одинокую и угрюмую жизнь, и это значит, что теперь его одиночество кончилось. И не зря это действо происходит среди натянутых веревок с бельем – степь-то она степь, матушка, и верблюды – это верблюды, но, какими бы бескрайними ни были степные просторы (понимай: просторы Вселенной), а некие веревки, как направляющие, всегда приведут Мужчину и Женщину друг к другу. Это незримые, но надежные узы, крепче стальных степей…

Любовник Женщины, доселе ее обрюхативший и грозящий расправой за нежелательную беременность (актер Вюсал Мехралиев), а также его дружки, явившиеся среди ночи к Степняку и его подруге – это персонифицированное зло внешнего мира. Степняк, во многом оставшийся наивным, не знает, как противостоять Злу – у него нет опыта. Зато знает Женщина: после пары выстрелов из ружья Любовник и его шобла трусливо ретируются. Женщина прекрасно знает правила и законы существования в жестоком внешнем мире. Внешний мир, позиционирующий себя как «цивилизованный», на деле руководствуется «правом сильного». В фильме показана своеобразная граница, пролегающая между «буколическим» миром Степняка и «цивилизованным» миром людей, откуда явились Женщина и ее брутальный любовник – в роли этой границы выступает автострада, по которой туда-сюда стремительно проносятся машины… Однако Женщина, сумевшая по всем правилам дать отпор негодяям, становится главенствующей в маленьком мирке, который она делит со Степняком. Этим самым она привносит в изолированный ранее мирок законы внешнего мира. Раньше тут царили законы Божьи – день сменялся ночью, жизнь – смертью, вода орошала землю и поила людей и животных; теперь здесь действуют и человеческие законы: выживает только тот, кто умеет защитить себя и любимого человека. Если маленький мирок, затерянный в степи, раньше можно было назвать подобием Рая – то теперь он очень напоминает тот неприветливый мир, в который были изгнаны из Рая первые люди, наши прародители…

Кстати, вернемся к нашим… нет, не баранам, а верблюдам. Они «сыграли» столь же выразительно, как и актеры-люди. Они сыграли так, что понимаешь: верблюд – это не только ценная шерсть, сколько-то там килограммов мяса и питательное, целебное молоко… это – твари Божьи, каждый – со своим характером и даже, не побоюсь этого слова, со своим «лицом».

Вот что я увидел в этом фильме. И, думается, если я посмотрю «Степняка» еще раз или два, то мне откроются новые штрихи, ускользнувшие от моего внимания в первый раз.

Резюмирую. Фильм способен понять лишь тот человек, который является не только зрителем (то есть созерцателем). Фильм откроется лишь тому, кто будет размышлять над фильмом, думать параллельно со сценаристом, режиссером, актерами… А для этого надо отбросить в сторону всякую предвзятость и распахнуть пошире глаза. В данном случае глаза (и уши) должны служить окнами для восприятия окружающего мира, а не ширмой, отгораживающей от него; тем более ширмой, на которой уже что-то начертано. Мира, который хочет донести до вас художник. Обругать, высмеять и обгадить этот мир (а, следовательно, и художника) – легко. Понять и разобраться в нем – гораздо труднее.

Фиаско? Нет, не фиаско. Успех! Притча о людях, самых разных, об их месте в Степи - Вселенной, а также о мучительном процессе осознания своего места… И, поскольку я по мировззрению фантаст, от мастерски снятых оператором Рафигом Гулиевым кадров с верблюдами в степи на меня дыхнуло чем-то фантастическим, неземным. Степь на какой-то миг представилась мне Марсом, а верблюды – разумными марсианами… Я это увидел.

После показа фильма я поздравил Шамиля Алиева (еще не зная, какую разгромную статью напишет Н.Фуст… впрочем, если бы и знал – на мое мнение это нисколько бы ни повлияло), сфотографировался со Степняком-Бахрузом и даже – в знак уважения - с Вюсалом (а что вы думали? Сыграть негодяя так же сложно, как и положительного героя! И трудно! И требует определенного мужества и самоотречения! Не зря ведь в детстве, когда мы играли в «войнушку», все пацаны хотели быть красноармейцами, и никто не желал быть фашистом).

Да, кстати… Особенно рассмешил Н.Фуст эпизод, когда Степняк-мальчик (юный актер Джавидан Мамедли) в очередной раз забегает справить малую нужду за угол хибары, а выбегает оттуда уже взрослым мужчиной… Смешно, да… Смешно и мне, и все оттого, что автор статьи имеет слабое представление о такой вещи, как художественный прием. Ну вот, скажем, в гениальном фильме Стэнли Кубрика «2001: Космическая Одиссея» доисторический обезьяночеловек, научившийся пользоваться берцовой костью животного как орудием охоты, в восторге подбрасывает эту кость высоко в воздух. Кость взлетает высоко-высоко и вдруг превращается в космический корабль… Посыл режиссера ясен: спустя миллионы лет примитивное орудие в руках человека оборачивается высокими технологиями. Но… смешно как-то, кость – и ракета! Посмеемся?

© Александр Хакимов

Да кому ты вообще нужен, кроме меня? Кроме меня? Кому ты нравишься, кроме меня? Кому, кроме меня? Только мне ты нравишься, только мне, Фредди! ©

Перерыв в пять лет между фильмами – это весьма ощутимый срок, который накладывает определенные обязательства. Пол Томас Андерсон, которого мне все время хочется назвать классиком современного кино, это прекрасно осознавал, и, создавая свое новое творение, взял самое лучшее – собственный режиссерский и сценаристский талант, карточки с тестами Роршаха, написанные для «Нефти» и не использованные в ней задумки, а также свою, так сказать, музу - Филипа Сеймура Хоффмана (6 совместных фильмов – это не шутка!).

Ах, да, еще он взял религию. Или секту. Или учение. Или как там еще называют сайентологию? Неважно, в фильме ни разу не упоминается это название. Только идеи, необходимые для фона истории, которая разворачивается перед глазами зрителя.

Главный герой, Фредди, демобилизуется и никак не может прижиться в социуме. Он фактически алхимик, изготавливающий какое-то адское пойло, впридачу он развязный солдафон со странным поведением и пошлыми шуточками. Его вроде бы и жалко, но в то же время он как-то отталкивает от себя – походка, кривой рот (спасибо заячьей губе Хоакина), голос. Фредди носится между людьми, работами и новыми местами, и вдруг – случайная встреча с неким Доддом, который сразу же видит в нем интересный экземпляр для вербовки в свою секту.

Далее начинается то, что можно назвать игрой в кошки-мышки и приручением «дракона» одновременно. Фредди все время напоминает дикое животное, которое со временем превращается в цепного пса – он бросается на тех, кто неуважительно отзывается об его Мастере, но попадая в заточение, мгновенно прорывает свое яростное желание свободы. Порыв гаснет, и пес снова возвращается к дрессировщику. Дрессировщик – он же Мастер, он же Додд. Вальяжный и уверенный в своих речах глава общины, объект всеобщего поклонения, который то лаской, то словом, то целой кипой слов вроде бы пытается раскрыть возможности Фредди с его неуемной тягой к физической и духовной свободе. Не совсем ясно, кого он хочет видеть в нем – слугу, друга, игрушку, коллегу, живой пример успешности своей деятельности? Еще один вопрос без ответа, который режиссер оставил для зрителей.

Можно до бесконечности хвалить игру Хоакинса Феникса и Филипа Сеймура Хоффмана. Оба уже получили по кубку Вольпи на Венецианском фестивале в прошлом году, впрочем, как и Пол Томас Андерсон, отхвативший себе Серебряного льва там же. Хоакин, если бы я не знала, что он здоров, я бы решила, что его скошенное, затянутое, молодое и старое одновременно лицо - это не результат чудесной игры, а какого-то нервного паралича. Полноценное, мастерское, триумфальное возвращение Феникса (хех, возрождение Феникса) на большой экран свершилось. Филип же просто бесподобен, эта его улыбка «я сделаю тебя лучше, но за спиной я прячу ядовитую змею для тебя», ум вкупе с хитростью – ему не хватало лишь изворотливости, и, будучи пойман на незнании того, о чем он говорит, он мгновенно опускался до оскорблений и банального ора на оппонента. Ай-яй, не пристало новому мессие так себя вести, не пристало…

Эти двое садятся просто поговорить, и все, ты уже в эпицентре разговора, ловишь их слова, отслеживаешь их морщинки в углах глаз, высматриваешь их полуухмылки и пытаешься понять, что имеется ввиду под всем этим? Говорящий убеждает слушающего, кричащий зол на убеждающего, каждый что-то дает и что-то забирает, а жена Додда, как коршун, парит над всем этим. Да, там же еще была жена, и хоть Додд «плавает» в своей терминологии, его жена в исполнении Эми Адамс – боже, она пугала больше всех. Самая настоящая фанатичка с жадным блеском в глазах, чьи слова и мысли были сильнее самого Мастера – ее холодная ярость и уверенность в себе заставляли нервничать.

Охватить «Мастера» сразу не получается, и каждый следующий пересмотр дает еще больше пищи для размышления. Бесспорно, Андерсон поднимает важные вопросы – вопросы идолов, веры, авторитета, идей, и самое важное, вопрос поисков себя. Кто же прав, Мастер, который уверен, что каждому в этой жизни обязательно нужен учитель и наставник? Или Феникс, который бьется то об деревянную стену, то об стеклянное окно – и в итоге сам находит правильный путь? И хоть в конце фильма мы ясно видим, кто освободился, а кто завидует освобожденному с усталостью на обреченном лице – вопрос все равно не закрыт.

Нельзя не отметить изумительную операторскую работу – красота кадров, поставленных сцен, человеческих элементов – все было прекрасно. Три ключевые парные сцены между героями – великолепны отчасти именно из-за стараний оператора. Цветовая палитра фильма в духе ретро прекрасно дополнена соответствующими саундтреками, придающими фильму дополнительную цельность.

В итоге же… ах, это восхитительное чувство, когда месяцы ожидания себя оправдывают и фильм оказывается не разочаровывающим, потому что все - Мастера. Хоффман - Мастер, Феникс - Мастер, Андерсон – самый главный Мастер. (Пол, я знаю, ты себя имел в виду, когда называл свой фильм этим словом, и не отнекивайся!)

«Мастер» – фильм, который, возможно, никогда не получится осмыслить и понять полностью, но это фильм, который был прочувствован до конца каждой строчки в сценарии. И пусть разум говорит, что в нем полно бреда и пустых слов – что-то внутри скажет, что этот бред был придуман специально, и что под его скоплением каждый найдет то, что ищет. И да, теперь я понимаю, почему у сайентологии столько последователей.

Так иди же, иди к этой безбрежной свободе, и удачи тебе. И если найдешь способ, как жить, не служа мастеру, любому мастеру, то дай знать нам, остальным. ©

© Айнур Айдынлы